Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
00:11 

Dwarf and proud.
Название: Не делай зла.
Автор: Что за Покемон?!!
Бета: FairyFoxy
Пейринг: Картман/Баттерс, Картман/Кайл, Кенни/Баттерс, Кенни/Салли.
Рейтинг: R.
Саммари: Баттерс решил помирить Картмана и Кайла.
Отказ от прав: все чужое, боль моя (с))
Жанр: ангст, нон-кон, драма.
Предупреждение: мат и вообще какое-то бл*ство.
Размещение: да, но предупредите.
От автора - 1: написано на конкурс фанфиков. Команда по пейрингу Картман/Баттерс, по этомуарту автора Что за Покемон?!!
От автора - 2: лично меня всегда угнетало, когда и в артах и в фанфиках Картман использовал Баттерса как доступную замену Кайла. Можно сказать, что этот фик - что-то вроде «ответного удара».
От автора - 3: только из жалости стоило убить всех персонажей еще в середине фика. Особенно Баттерса.
От автора - 4: огромное спасибо the lonely romantic, Ave Vagina и, конечно же, моей бете FairyFoxy. Благодаря этим людям этот фик можно читать!
Количество слов: 11 918(фанфик уходит в комментарии).

1.
Баттерс сидел за своей партой и листал комиксы. Это очень интересно - читать про людей, обладающих суперсилой и такими свойствами характера, которые ему самому не светят никогда.
Главный герой, хоть и не ходил в трико, всегда помогал беспомощным, убогим, придуркам и умалишенным. У него был помощник, слабенький и глупый, он сильно раздражал Баттерса - наверное, тем, что был очень на него похож.
Баттерс отложил журнал. Ах, следующего выпуска ждать еще целый месяц! Он улегся на парту и закрыл глаза. Воображение рисовало ему подвиги, которые он совершает, прекрасных девушек, которые в него влюбляются. Он уже почти дремал, погруженный в свои мечты, которым счастливо улыбался.
- Картман, жирная скотина! Ты что делаешь?! - крик Кайла вырвал Баттерса из его мыслей. Ну что у них на этот раз стряслось?!
- Ничего.
- Ты мне учебник порвал!
- Да ну? - Картман деланно удивился. - Нет, это ты его порвал.
- Я?! Да это ты его у меня из рук вырывал!
- Нет, я его из твоих рук брал, а ты его не отпустил. Сам виноват. Ты дернул, и он порвался.
- Это мой учебник. И я его тебе не давал, ты попытался вырвать и порвал его! - Кайл так кричал, что не заметил прихода учителя.
- Мистер Брофловски, вон из класса! - учительница указала на дверь.
- Но мой учебник... Он порвал его!.. - воскликнул, задыхаясь от негодования, Кайл.
- Не смейте на меня кричать! Вон из класса. И отдайте свой учебник тому, кто будет по нему заниматься.
Баттерс отрешенно наблюдал, как Картман ехидно вытянул руки за злосчастным учебником, как Кайл со злостью бросил им в обидчика. Книга отскочила от стола и убила Кенни. Преподавательница потребовала тишины и пообещала вызвать родителей Кайла, а тот стал объяснять ситуацию.
Баттерс закрыл глаза и прикрыл ладонями уши. И такое каждый день.
«Может, если они помирятся, то перестанут враждовать. Если будут дружить, не так, как сейчас, а по-нормальному, - думал Баттерс.- Так, как в книжках, когда друг за друга и в огонь и в воду. И больше не будет этих ужасных ссор и ругани»
- Что б ты сдох, жирная тварь! - зло прошипел Кайл и выбежал из класса.
- И не мечтай, жидяра, - получил он в ответ.
А потом начался урок.

«Кто-то должен их помирить», - вертелось в голове у Баттерса. Он не был склонен к героическим подвигам, но журнал, который он с такой любовью перечитывал, говорил, что нельзя оставаться глухим к проблемам ближнего. Что надо сделать все, чтобы окружающие жили в любви и мире.
Это надо совершить.
Хотя бы потому, что иначе однажды Картман и Кайл прикончат друг друга.
Баттерс смотрел в учебник и ничего не видел. Может, Стэн сможет их помирить? Нет, иначе бы он давно сделал это. Вряд ли он сам в восторге от постоянных ссор у себя под боком. Кенни? Кенни обязательно поможет, если заплатить. А в этом месяце денег у Баттерса не предвиделось. Надо оставить пока идею задействовать Кенни, но помнить о ней.
Кто еще? Из ребят, не входящих в эту четверку. Он вспомнил о хорошем друге – Дуги, но с парнями на такую тему Баттерсу общаться было страшно. А вот девчонки, точнее, одна, та, которая когда-то поцелуями торговала… возможно, она поможет. Баттерс вспомнил свой первый поцелуй. Да! Да, именно она ему и поможет, наверное, тоже не за просто так, но с ней можно будет договориться об оплате в рассрочку. Хорошая девушка, добрая.
Баттерс до конца уроков сидел как на иголках. Образ Салли так и вертелся у него перед глазами. Надо, обязательно надо попросить ее о помощи.
Чтобы узнать адрес и телефон Салли, Баттерсу пришлось пролезть в кабинет директора за документами учеников - ему очень не хотелось расспрашивать девчонок, в конце концов, его план был великой тайной.
Салли Дарсон оказалась в отъезде с родителями, но когда Баттерс позвонил на сотовый, она согласилась участвовать в его плане. Сказала, что как только приедет, сразу же зайдет к нему, а пока было бы неплохо, если бы он сам чего-нибудь придумал.
Баттерс так и подскочил от радости - теперь у него был помощник! А скорее даже союзник, потому что весь свой план он видел как один большой крестовый поход против зла в лице вражды между двумя одноклассниками. Он воспринимал это как первую ступень к будущим героическим подвигам.

Баттерс так загорелся этой идеей, что все свободное время посвящал построению замыслов. Он решил, что как настоящий друг должен помирить Картмана и Кайла, хотят они того или нет.
Первым вариантом было пригласить их обоих к себе в гости и запереть дверь, не выпуская их, пока не помирятся. И он потерпел фиаско.
- Да пошел ты, - сказал Картман. - Делать мне больше нечего, как просерать субботу на то, чтобы посидеть в гостях у придурка.
- Я буду занят, - гораздо мягче отказал Кайл. - Извини.
Вторым вариантом было объяснить каждому из них, что второй не такой уж и плохой.
- Ну ты и педик, - сказал Картман.
- Прости, но я не такой как ты, я не могу терпеть, когда обзывают мой народ, мою мать и меня самого. И такое каждый день, ссоры, ругань, неприкрытая ненависть, - Кайл скривил губы. - Нет, Баттерс, я отказываюсь видеть в этом человеке хорошие стороны.
- Ты же с ним так часто общаешься, ну вспомни, он должен был сделать хотя бы один хороший поступок, - пролепетал Баттерс.
- Ну ты и педик, - сказал Кайл.
В качестве третьей попытки он решил объединить их против общего врага. Костюм профессора Хаоса был уже рассекречен, и пришлось впопыхах делать новый антигероический наряд. Но все кончилось тем, что его, Баттерса, побили, умер Кенни, а остальные разругались вусмерть. Кайл с Картманом едва не поубивали друг друга.

2.
Баттерс сидел на кровати и листал страницы журнала, не всматриваясь в содержимое. Интересно, а если Картману и Кайлу давать кофетку за каждый день, пока они не ссорятся, и ничего не давать, когда сорвались? Даже Баттерсу хватило мозгов не пробовать подобного на этих двоих.
- Что же тогда делать? - воскликнул Баттерс. Расстроившись, он решил включить телевизор.

- О, что это?
- Это платье от Шанель.
- Мы же говорили вам, что в этом сезоне модным цветом является малиновый! И разрезы, должно быть много разрезов, - ведущая шоу «Прикид стервы без вкуса» вырвала из рук женщины платье и передала другой ведущей. - Выкинь это старье.
- Но оно стоило много денег! - несчастная женщина попыталась вернуть свою вещь, но ей не дали такой возможности.
- Послушайте, взамен этого вам выдадут совершенно новое платье от нашего дизайнера - мистера Мазохиста! Поверьте, оно гораздо лучше подойдет вам.
Судя по выражению лица, жертва не только не поверила, она уже безумно ненавидела и программу и себя за то, что здесь оказалась.
- Мы сделаем из вас совершено нового человека. Вы бы хотели быть похожей на звезду? Только представьте - если вас побрить, вы станете совсем как Бритни Спирс после развода!
Ведущие стали двигаться по направлению к жертве, у каждой в руках уже появились ножницы. Героиня программы, забившись в истерике, попыталась вырваться с шоу. Но ее поймали крепкие парни из охраны, и теперь судьба ее была решена...

- Баттерс, к тебе пришли!
Дверь отворилась, и на пороге появилась Салли Дарсон
- Привет, - она присела на кровать к Баттерсу и, приобняв его, томно спросила:
- Так чего ты от меня хотел так сильно, что даже в другом городе нашел?
- О, Салли, мне нужно, чтобы ты мне помогла с одним очень личным делом! Если надо, я заплачу! - Баттерс произнес все на одном дыхании и покраснел, подумав, что зря ляпнул про деньги, она же может обидеться. Он сильно смутился, а вот Салли, наоборот, выглядела очень заинтересованной, она провела ладонью по его лицу и пальчиком приподняла подбородок.
- Продолжай.
- Мне нужно помирить одноклассников! Двоих ребят. А то они когда-нибудь просто поубивают друг друга! Они оба хорошие, но...
Баттерс говорил быстро, с перебоями, путаясь в словах и исправляясь. А Салли старалась контролировать выражение лица, чтобы на нем не отражались ее мысли.
Какой же этот Баттерс придурок! Нет, она знала, что он наивный и глупый, но всему же есть предел. Именно памятуя о его дурости она сперва решила, что глупая история про друзей лишь повод пригласить ее к себе, но когда выяснилось, что это правда... Салли тяжко вздохнула и прикрыла глаза рукой.
- Вот-вот! Все именно так плохо! Так ты поможешь мне? - с надеждой спросил Баттерс.
Салли без энтузиазма покосилась на него.
- Они хоть симпатичные?
Баттерс поразмыслил, но на ум ничего не пришло.
- Картмана все зовут жирным, а Кайл - еврей. Вот.
Салли нахмурилась. Идиот. Ей стало даже интересно, каких дров он наломает.
- Я буду помогать тебе только советами, но не более. Каждая консультация - пятнадцать баксов. Отдашь в конце всего.
Не то чтобы Салли были нужны эти деньги – она запросила их для приличия, согласиться ее побудило сильное любопытство.

Она уговорила Баттерса, что сейчас не стоит спешить, надо присмотреться, проанализировать ситуацию, а потом уже действовать.
Ссоры Кайла и Картмана уже давно превращались во всеми любимое шоу, на котором прыткие младшеклассники умудрялись продавать попкорн и колу. А также это было общей головной болью, поскольку кончалось членовредительством и убийством Кенни. Никто не знал почему, но Кенни умирал не только чаще, чем раньше, но и по более бестолковым причинам. Так, стало закономерностью, что смерть приходила к нему во время каждой Кайлокартмановской разборки. Бедный Кенни.
Его убили, опять. На этот раз с потолка почему-то свалилась лампа.
- Чуваки! Вы убили Кенни! - воскликнул Стэн.
- Сволочи! - откликнулся Кайл.
- Говори только за себя! - отозвался Картман.
Баттерсу было жалко Кенни. И как он раньше не замечал, как часто тот умирает? Это же почти каждый день! Или и впрямь каждый день? Может быть, даже чаще…

Действительно, чаще. Кенни вернулся через урок, чтобы умереть от вилки, случайно попавшей ему в горло во время драки в столовой, которую, конечно же, затеял Картман.
Теперь Баттерсу было ужасно стыдно, что он не подумал мирить Кайла и Картмана раньше. Как он мог столько раз быть косвенным виновником смерти Кенни!
Салли подошла с подносом и села рядом.
- Знаешь, а вы похожи, - сказала она.
- Кто похож? - удивился Баттерс.
- Вы оба, - Салли отрезала кусочек котлеты и положила в рот, демонстрируя всем своим видом, что разговор продолжится лишь тогда, когда она сама захочет.
В столовую зашла комиссия штата по надсмотру над административным порядком в школах. Они очень удивились, увидев мертвого Кенни на полу. Мэр попыталась объяснить, что данное состояние данного ребенка является нормой для их города в целом и этой школы в частном. Она широко и приятно улыбнулась и пообещала продемонстрировать комиссии все необходимые подтверждающие документы, которые лежат у нее в кабинете. Комиссия ушла, а Кенни быстро убрали.
- Какие документы могут подтверждать, что смерть Кенни - норма для города? - удивился Баттерс.
- Ну, знаешь, есть такие зеленые бумажки, ими можно многое подтвердить и доказать. Так сказать - просто волшебные бумажки.
- Правда? Как удивительно! - Баттерс обрадовался. - А если они такие чудесные, эти бумажки, может, они и ребят помирят? А может, при их помощи и Кенни умирать не будет?
Салли положила нож и вилку на салфетку и посмотрела на Баттерса очень внимательно.
- Скажи, а как ты относишься к тому, чтобы переодевшись Кайлом поговорить с Картманом и таким образом попытаться их помирить? А Кайлу можно позвонить от имени Картмана. Ну как?
- А разве это не обман? - замялся Баттерс.
- Обман? Конечно, нет. Это благое дело - помощь ближнему.
- Правда? Ну, если так, я согласен.
- Вот и хорошо, - Салли встала из-за стола.

3.
Салли Дарсон, хоть все и считали ее потаскухой, была девочкой умной и быстро поняла, что к чему. И, несмотря на то, что она относилась к той породе девушек, которые своих чувств никогда не испытывают, а лишь заимствуют чужие - так, поиграться, ей нравилось наблюдать. Чем она и занималась.

- Знаешь, где я ее достала? - Салли вертела в руках шапку Кайла. - О, ты даже представить себе не можешь, как мне пришлось помучиться, чтобы она сейчас была здесь!
- Так откуда она у тебя? - спросил Баттерс.
- Откуда? Да неважно!
Она украла ее у Картмана, а потом потратила много времени, чтобы отстирать от всякого рода пятен естественного происхождения. Она гордилась собой. Она даже раскошелилась на нужного цвета линзы и рыжий парик.
- Примерь, - Салли выложила все на стол у Баттерса в комнате.
- Ой, мне все это как-то совсем не нравится. Может, не надо? - испугался Баттерс.
- Надо. Помни о том, что таким образом ты помогаешь своим друзьям. Они ведь такие неразумные, - Салли театрально всплеснула руками, а потом, словно добивая, произнесла: - Не знаю, как тебе, а вот мне безумно жалко Кенни...
Она выдержала лирическую паузу. Тишина давила на Баттерса, и он согласился. Что-то глубоко внутри отчаянно протестовало и сопротивлялось, но Баттерс приказал этому чему-то молчать и кивнул, соглашаясь с планом Салли. Та растянула губы в очень неприятной улыбке, которая начинала походить на оскал.
- Вот и хорошо, - сказала она, и ее улыбка снова стала милой и доброй, словно прежде было злое наваждение. - Сейчас мы примерим наш костюмчик! Я же говорила, что вы очень похожи.
Она потерла ладошки. Ей было хорошо. Она предчувствовала веселье.

Какие-то четвероклашки устроили массовую хелоуинскую резню посреди апреля, причем один из них причем один из них, бегавший в костюме зомби, споткнулся, ударился головой и умер.
- Ребята, - позвала их Салли. - Хотите заработать двадцатку?
- Хотим! - самый толстый из них, тяжело дыша, подбежал к ней. - Давай ее мне.
- Какой шустрый. Мне нужно, чтобы вы на меня поработали. Я попрошу с вас четыре услуги, за каждую заплачу по пять долларов.
- Нет уж, детка, давай все сразу! - воскликнул толстый мальчик.
- Жирный дело говорит, деньги вперед! - согласились остальные.
- Ясно, - Салли выпрямилась. - Я поищу других, более сговорчивых ребят.
Почувствовав, что вот-вот лишатся двадцатки, ребята согласились с условиями Салли.
- Отлично, я рада, что мы так хорошо договорились. Вот вам первое задание: передайте эту записку Эрику Картману из одиннадцатого класса, но так, чтобы он был уверен, что это послание от Кайла Брофловски, его одноклассника. Учтите, он должен быть уверен на все сто. Провалите - останетесь без денег.
- Сделаем! Не волнуйтесь, - кивнул мальчик в шапке с помпоном и взял из рук Салли записку.
- И не забудьте перехватить ответную записку, если таковая будет, - девушка задумалась и добавила: - А она будет.
- Это уже два задания! - воскликнул толстый.
- Нет, одно, - безаппеляционно заявила Салли, и никто с ней спорить не стал.

4.
Салли пришла к Баттерсу, сияя от радости.
- Дорогой! Сегодня ты идешь в гости... Барабанная дробь... К Картману! - она громко воскликнула и зааплодировала. - Ты почему не радуешься?
- Слишком много по алгебре задали. Я сначала все решу, а уже потом по гостям ходить буду, - Баттерс лежал на полу, обложившись учебниками, и никак не разделял радости Салли. Во-первых, ему действительно много задали, а во-вторых, ему очень не нравилась идея с переодеваниями.
- Баттерс, солнышко, ты что, забыл о нашей миссии? А как же твои громкие слова, благородные порывы? Ты думаешь, супергероям алгебру не задавали? Но они ценили друзей намного больше, чем какие-то бездушные цифры! – казалось, Салли трясло от праведного гнева.
- Но если я получу плохие оценки, меня накажут! - попытался отбиться Баттерс.
- И что с того? Ты за свою шкуру трясешься больше, чем за жизни друзей?!
- Они мне не друзья! - Баттерс вскочил, отчаянно сжимая кулаки. - Они меня за человека не считают! Я не хочу переодеваться в Кайла! Это мерзко!
И Салли дала ему пощечину. Звонко и сильно. Баттерс замер, схватившись за щеку.
- За что?
- За то, что истерики закатываешь! Ты первый все начал, и теперь хочешь остановиться? - она спрашивала тихо, но от этого ее слова были только весомее. - Это ты все затеял. А я не дам тебе отступить.
Она достала из шкафа парик и шапку и сунула Баттерсу.
- Начал дело, так доведи его до конца.
Баттерс несмело взял протянутые вещи.
- Прости меня, ты, конечно, права. Я сейчас все одену и сделаю так, как ты скажешь.
- Молодец.
Салли достала из принесенной сумки одежду Кайла. Сегодня будет весело. Жаль только, что она не сможет всего увидеть.

- Явился? - Картман презрительно осмотрел Баттерса, переодетого под Кайла. - Ну, проходи.
- Спасибо, - Баттерс старался имитировать голос Кайла.
- Пойдем в мою комнату.
Картман пропустил гостя вперед, а сам пошел следом. У Баттерса сильно билось сердце - от страха и осознания, что он вот-вот провалится. Он попытался заговорить, но Картман попросил заткнуться, не забыв при этом упомянуть все грехи еврейского народа.

Войдя в комнату, Картман закрыл за Баттерсом дверь. И запер ее. Баттерс развернулся и посмотрел на хозяина дома. В том было что-то пугающее, как будто он собирался переступить через какой-то свой внутренний личный барьер. Словно намеревался принять жизненно важное решение.
- Эрик! - голос Баттерса осекся и стал совсем не похож на кайловский, но Картман этого даже не заметил. Он словно кошка к мыши приближался к Баттерсу. Взгляд Картмана был жуток.
- Поймал, - хмыкнул он себе под нос.
- Что?
- Ничего, просто теперь ты не убежишь.
Баттерс пятился назад, пока не уперся в стену, ноги подкашивались, он плохо представлял, что именно с ним собирался сделать Картман, но уже безумно боялся.
Тогда Баттерс предпринял отчаянную попытку вырваться и убежать, но его перехватили и с силой швырнули в сторону кровати.
- Что, боишься, кошерный? Сейчас ты почувствуешь мой авторитет, - Картман оскалился и подмял Баттерса под себя. - Ты ведь мечтал о таком, правда, еврейчик?
У Баттерса даже голос пропал, ему было так страшно, что даже кричать не получалось. Картман навалился сверху и уже сдирал куртку. Баттерс вцепился в его руки, пытаясь остановить, и чуть приподнялся, стараясь выползти из-под тяжелого тела.
- Лежи, тварь, и получай удовольствие, - зло засмеялся Картман и дернул «Кайла» за волосы. Парик вместе со сбившейся шапкой упали, и перед Картманом оказался Баттерс, смотрящий на него большими испуганными глазами, в страхе прикрывая рот дрожащими пальцами.
- Что за нахрен? - ошарашено пробормотал Картман и отпрянул прочь.
- Прости! - воскликнул Баттерс и бросился к двери, прихватив шапку и парик.
- Дверь открывается поворотом ручки направо, - пробормотал Картман, так и не отойдя от шока.
Баттерс вылетел из комнаты.

5.
Баттерса всего трясло. Он боялся. Все самые страшные чудовища слились для него в одно, и оно носило имя Эрика Теодора Картмана. Он с перебивками и едва не заикаясь рассказал все Салли.
Она сидела на подоконнике и курила в открытое окно. Она вполне ожидала подобной ситуации, правда, ей казалось, что по своему характеру Картман должен был просто напялить парик обратно и, заткнув Баттерсу рот, чтоб не слышать его голоса, хорошенько трахнуть его.
Салли потушила сигарету об раму и бросила вниз из окна. Надо было идти утешать Баттерса, а так не хотелось... И почему этот придурок постоянно ноет?
- Помнишь, Лео, ты ведь вначале хотел запереть Картмана и Кайла в одной комнате? Представляешь, чтобы произошло? Бедный Кайл. За что ты ему хотел так отомстить? Ты втянул меня в это специально? Тебе нужно было, чтобы в случае чего я сказала, что ты не хотел, и все вышло случайно? Лео, я от тебя такого не ожидала.
Она слегка обняла Баттерса и теперь водила рукой по его спине, а слова нежно шептала на ухо. И по мере того, как она говорила, его глаза округлялись, и в них начинал зарождаться ужас.
- Я не хотел ничего такого!
Она знала, разумеется, знала, но хотелось интриги. Хотелось разнообразия. Хотелось посмотреть что-нибудь драматическое. Она стала гладить Баттерса по голове.
- Может быть, но смотри, как ты поступил. Смотри, что ты наделал.
Баттерс пару раз всхлипнул и успокоился.
- На подобную ситуацию нельзя просто закрыть глаза. Первый камень брошен, - она встала и направилась к двери. - Я домой. Удачи тебе. И, чуть не забыла, бедняжка Кайл. Не повезло ему, думаю, теперь с ним обязательно что-нибудь случится.
Она тихо прикрыла за собой дверь.

Алгебра была заброшена, как и все остальные уроки. Баттерс сидел в углу и сжимал руками голову. Все произошедшее казалось слишком ужасным, чтобы быть правдой. Он мерно покачивался и со стороны, вероятно, показался бы почти сумасшедшим.
Потом словно зомби встал, почти машинально собрал все учебники и тетради и отправился умываться перед сном. Он слишком сильно испугался, и сейчас им овладело безразличие. Вся сущность Баттерса отказывалась верить в то, случившееся в комнате Картмана было правдой.
Спал он без сновидений, и наутро проснулся совсем разбитым, словно вместо сна таскал тяжести. Все тело и душа измучались и хотели отдохнуть еще хотя бы чуть-чуть.
Баттерс проспал уроки и появился в школе лишь к обеду. Но усталость так и не прошла.

Баттерс поспешил к своему месту. А потом поднял глаза и увидел Картмана. Тот опять о чем-то спорил с Кайлом, но это уже не имело для Баттерса значения.
Баттерс вдруг понял, что все, что было, действительно произошло, было реальным. Воспоминания всплыли так резко и ярко, словно его неожиданно облили ледяной водой. Баттерс смотрел на Картмана не отрывая взгляда. Слово страх теперь носило именно это имя.
Есть не хотелось, кусок не лез в горло. Вдруг на его плечо опустилась рука. Это был Кенни.
- Чувак, ты в порядке?
- Что? - сипло спросил Баттерс.
- Я спрашиваю, ты заболел? Неважно выглядишь, - Кенни улыбнулся и плюхнулся на соседний стул.
- Нет-нет, - поспешно проговорил Баттерс. - Я в порядке. Угощайся.
Он пододвинул Кенни поднос.
- А ты? - Кенни уже потянулся к бутерброду, но остановился на полпути.
- Я не хочу. Спасибо! Я дома поел. Бери, угощайся, я не хочу, - Баттерс сдвинул поднос еще ближе к Кенни, чтобы у того точно не осталось сомнений.
- Спасибо, чел! - Кенни радостно приложился к бутерброду.
- Подкармливаешь друзей, Лео? - спросила Салли, подсаживаясь к ребятам. - Ты такой замечательный.
Баттерса стало мутить, а Кенни подавился едой и закашлялся.
- Черт бы тебя пробрал, Баттерс! - воскликнул Кенни. - Ты не говорил, что у тебя есть такая классная подружка! С такими классными сисками!
- Да, я у него есть, - сладко улыбнулась Салли и, обняв Баттерса, поцеловала его в щеку. Потом встала, извинилась, сказав, что забежала только на минутку, и ушла. У Баттерса даже уши покраснели, и он преданно посмотрел ей вслед. Кенни перестал улыбаться и нахмурился.

6.
Какие-то четвероклашки умудрились отрыть на заднем дворе школы сверхновое и секретное оружие, и теперь в Саус Парк летела армада инопланетных кораблей.
- Мальчики, вам что, делать нечего? - спросила Салли.
- Естественно, есть чего, - сказал мальчик в шапке с помпоном. - Мы не позволяем нашей армии скучать. А это очень важное и ответственное занятие.
- Ага, конечно, - согласилась Салли, наблюдая, как огромный космический корабль паркуется на школьной стоянке прямо поверх всех стоящих там автомобилей. - Это очень ответственное занятие, но вот незадача, вам за него никто не платит. А я плачу.
- У нас есть дела и поважнее твоих! - воскликнул толстый мальчик. - И вообще, мы требуем поднятия тарифов!
Его приятель что-то невнятно пробормотал из-под капюшона, и все рассмеялись.
«А разве не сдох?» - подумала Салли, но вслух только согласилась с мальчиком в шапке с помпоном. - Ага, конечно.
Салли улыбнулась. К ним направлялось странное существо, вылезшее из летающей тарелки, которое подозрительно сильно напоминала Чужого из одноименного фильма. Салли приветственно поклонилась ему и сказала:
- Уважаемый пришелец, мы рады приветствовать тебя в нашем мире. Прими же в дар этих детей, и пусть они послужат тебе приятным обедом.
Чужой перевел взгляд на детей, и те, завизжав, бросили найденное оружие и бросились врассыпную.
- Простите, кажется, ваш обед сбежал. В таком случае просто возьмите свое оружие, и мы в расчете.
Из корабля выползло еще несколько странных существ, они молча погрузили все железки на свой корабль и улетели.
Салли посмотрела по сторонам и увидела Стэна и Венди, удивленно уставившихся на нее.
- Что-то не так? - вызывающе спросила Салли.
- Мы ни во что не вмешиваемся, - сказал Стэн и, взяв под руку, увел Венди прочь.
- Мерзость, - себе под нос пробормотала Салли. Она ненавидела счастливые парочки. Они вызывали у нее если не презрение, то страстное желание постирать эти радостные улыбочки с их лиц.
Она расхаживала по школьному двору, когда заметила Кайла. Тот сидел с какой-то книжкой и явно готовился к одному из уроков, которые должны были начаться после перерыва. Сначала Салли хотела просто понаблюдать за ним, но не выдержала и, решив, что нечестно, что он - изначальное зло, а сам об этом и не знает, отправилась прямо к Кайлу.
Она присела возле него на скамейку. Потом пододвинулась ближе, так, что они соприкоснулись плечами. Кайл вздрогнул, оторвался от книжки и удивленно посмотрел на нее.
- Кайл Брофловски?
- Да, - неуверенно ответил тот.
- Хочешь последние сплетни?
- Не особо.
- Но они о тебе, Кайл.
- Мне все равно это неинтересно! - Кайл отодвинулся и демонстративно вернулся к чтению.
- Ясно, тогда я начну рассказывать, а ты скажи, когда надоест, - Салли сложила руки на коленях и, не найдя сопротивления у единственного слушателя, начала рассказывать: - Представляешь, Картман, оказывается, все это время тебя выебать хотел. Я раньше сомневалась, но, знаешь, он тебя так хотел, что даже умудрился перепутать с другим пареньком. Правда, парень - придурок! Я ему предложила переодеться тобой, а он и повелся. Вообрази, как ему было весело в запертой комнате с Картманом!
Салли истерично засмеялась.
- Он такое мне рассказывал! А самое удивительное, он до сих пор верит мне и считает, что сам во всем виноват. Думаю, нужно с ним еще чего-нибудь сотворить. Надо выбивать всю эту дурь про веру в людей.
Салли резко перестала смеяться и последнюю фразу поговорила со злобой. Она замолчала, и на ее лице отразилась страстная жажда убийства.
- Как ты можешь заниматься подобным? - не выдержал Кайл.
- А тебе никогда не было скучно? Так скучно, что от жизни тошнит? - она бросила на Кайла томный и немного усталый взгляд.
- Нет, не было, а если тебе так скучно, то убей себя и не лезь к другим, - он резко встал и пошел к школе.
Салли обернулась. За спинкой скамейки стоял Кенни.
- Ты ведь меня понимаешь? - спросила она.
- Конечно, - он обошел, уселся рядом, совсем вплотную к Салли, положил руку ей на колено и стал выводить указательным пальцем спирали.
- Пойдем к тебе?
Салли легко повела плечом.
- Пойдем.

Баттерс просидел весь большой перерыв в чулане. Ему везде мерещился Картман. Даже сейчас, сжавшись в комочек в темном углу, он представлял, что вот-вот откроется дверь и войдет главный страх его жизни. И тогда будет даже хуже, потому что тут он один, и бежать-то некуда. Баттерс нервно сглотнул – перемена уже подошла к концу, надо было собраться с духом и выбраться наружу
Он вышел во двор, решив, что сначала поздоровается с теми немногими, которые считают его своим другом, а потом обойдет школу по кругу. Это должно помочь развеяться и собраться с духом. В конце концов, с ним же ничего не случилось. Можно сказать, его просто сильно испугали. И вообще, Салли права, хорошо, что все случилось так, а то вдруг его затея с запиранием Кайла и Картмана в одной комнате удалась бы, как бы он потом Кайлу в глаза смотрел! Ведь если бы на месте Баттерса оказался он, Картман не остановился бы.
Баттерс улыбнулся своим мыслям и радостно пошел во двор.

Кенни трахал Салли, прислонив ее спиной к стене школы. До дома они так и не дошли. Им обоим было совершенно наплевать, если вдруг их увидят, хотя тут и ходили редко.
Кенни было как-то странно: с одной стороны, его безумно возбуждала эта стерва, стонущая ему в унисон, а с другой - ему было так же безумно жаль Баттерса. Только он мог не понимать, что его снова используют. От этого на душе было как-то на редкость тошно. Жаль, что Салли нравился жесткий секс. Нельзя сделать больно.

Пораскинув мыслями, Кенни решил предложить ей встречаться, все-таки, когда твоя девушка - блядь, это так удобно.

7.
- Ты встречаешься с Кенни? - как-то чересчур расстроено спросил Баттерс.
- Да, - Салли сидела на подоконнике, но теперь не курила, а просто болтала ногами. - А тебе он нравится, правда?
Она немного наклонила голову, чтобы видеть, как меняется выражение лица Баттерса. Наверное, теперь ему совсем плохо. Бедняжка.
- Он очень классный и смелый, - пробормотал Баттерс. - И умный, прямо как ты. Думаю, вам будет хорошо вместе.
- Конечно, - радостно согласилась Салли. - Мы просто созданы друг для друга.
Они немного помолчали. Девушка буквально кожей чувствовала, как отчаяние поедает Баттерса изнутри. Интересно, долго ли он продержится? И чем все кончится? Лично она ни за что не отказала бы себе в удовольствии посмотреть сквозь замочную скважину, как он будет вешаться. Или добивать себя каким-нибудь другим способом. Глупый, наивный Баттерс. Как же она любила его за эти качества!
- Лео, скажи мне, пожалуйста, а что ты будешь делать дальше? Или ты забросил свой проект по примирению друзей?
- Они мне не друзья, - мрачно произнес Баттерс.
- Почему? – удивилась Салли.
- Как почему? Я же тебе рассказывал!
- Да, рассказывал, но это же ничего не меняет. Наоборот, теперь ты должен наставить Эрика на путь истинный и защитить Кайла. Согласись, кроме тебя это никто не сможет сделать, - Салли слезла с подоконника. – Только ты знаешь истинную подоплеку их взаимоотношений. Ты не должен бросать начатое, когда зашел так далеко.
- Но я боюсь! – Баттерс подтянул под себя ноги и съежился.
- Все боятся, - меланхолично заметила девушка. – Но, знаешь, если позволять страху управлять собой, то можно закончить жизнь в психушке.
Баттерс только кивнул в ответ.
- Ладно, не падай духом, - она похлопала его по плечу. – Я пойду, наверное. Знаешь, у меня сегодня свидание. С Кенни. Какой же он классный! Я его обожаю! У нас с ним все так замечательно!
И она, кружась, словно в вальсе, направилась к двери.
- Не скучай!

Четверо четвероклассников сидели перед воротами парка аттракционов.
- Что за хрень! Почему нас не пускают внутрь?! - возмутился самый толстый.
- Там теперь вроде как база военных, - ответил другой.
- Плевать! Раз я хочу туда попасть, значит, я попаду! - резко вскочив, заорал первый.
- Но... - хотел было возразить второй.
- Ты, индеец поганый, я сказал пойдем, значит, пойдем!
Третий что-то невнятно пробормотал из-под капюшона. Все рассмеялись. Тот, кого назвали индейцем, нахмурился.
- Ладно, раз все идут, то и я тоже, - согласился последний и получше натянул шапку с помпоном. - А то все равно делать нечего.

Салли дефилирующей походкой гуляла по городу. К Кенни она могла идти хоть сейчас, но почему-то не очень хотелось. Она плутала между домов, отыскивая взглядом те, где жили объекты ее небольших интрижек. На самом деле она уже немного жалела, что так активно взялась за Баттерса. Сейчас ее гораздо больше бесили Венди со Стэном. Такая, видите ли, идеальная парочка! Тошнит!
В своих блужданиях она наткнулась среди прочих и на дом Картмана. Салли немного потопталась на месте, а потом подошла к двери и позвонила.
- Здравствуй. Ты к Эрику? – спросила миссис Картман, приветливо улыбаясь. – Ну, проходи, не стой на пороге.
- Нет-нет, я на буквально секунду. Позовите, пожалуйста, Эрика сюда. Я хочу с ним кое-что обсудить.
- Ты даже не войдешь? – удивилась миссис Картман.
- Нет, я даже не войду.

- Здравствуй, Эрик. Ты меня вряд ли знаешь. Мое имя Салли Дарсон, и я…
- Блядь.
Картман был явно не рад встрече, он смотрел на Салли очень неприветливым взглядом и что-то жевал.
- Все люди – бляди, вопрос лишь в том, кто под кого ляжет. Я предлагаю тебе сделку.
Она выдержала паузу и продолжила.
- Какого мальчика ты себе хочешь?
Лицо Картмана перекосилось.
- Убирайся. Я не педик какой-нибудь.
- Правда? А я могу доказать обратное.
Он хлопнул дверью перед ее носом.
Салли села на ступеньки и задумалась - ее удивила реакция Картмана. Он не из тех, кто упускает свой шанс, и она решила чуть-чуть подождать. И не зря, Картман выполз через некоторое время с большим пакетом чипсов.
- А Баттерса это ты мне подсунула?
Салли развернулась всем корпусом.
- Конечно. Хочешь, я постелю под тебя Кайла?
- Тебе-то какая выгода? – настороженно спросил Картман.
- Ты мне будешь должен.
- Чего должен?
- А ты согласись на сделку, и узнаешь, - она улыбнулась.
Картман потоптался на месте и ушел обратно в дом.
- Еще одно зерно раздора посеяно, - сказала себе под нос Салли и поднялась со ступенек. Вот теперь можно было и к Кенни. А то все дела да дела, отдыхать тоже надо временами. Она бодрым шагом направилась к нужному дому.

Салли полулежала рядом с Кенни. Она смотрела на него и думала, как же он ей нравится. Это не было ничем серьезным, и если бы он вдруг сказал, что уходит, Салли никак бы не отреагировала, но все-таки именно сейчас, именно в этот момент, она его почти любила.
- Что там с Баттерсом? - Кенни спросил спокойно, но Салли немного напряглась. Она сама говорила с таким же безразличием, если ей что-то надо было выведать.
- Не знаю.
- Правда?
- Конечно, я пыталась его разговорить, спрашивала, что случилось, но он так замкнулся, что на него ничего не действует. Ни мольбы, ни угрозы, - врала Салли. – Просто ужас! Я так переживала!
Она замолчала, почувствовав, что переиграла.
- Думаю, пока его стоит оставить одного.
Кенни уставился в потолок.
- Да, наверное, ты права.

8.
Картман не находил себе покоя. Его давно уже снедало желание унизить, сломать, подчинить себе Кайла, оно проявлялось в злых словах и поступках, но он никогда бы не подумал, что его чувства так легко заметить и использовать. Конечно, предложение Салли имело смысл, но что-то подсказывало Картману, что любая сделка с ней выгодна исключительно ей.
- Знаешь, Лягушонок Клайд, мне кажется, с ней не стоит связываться. Я и сам справлюсь, ведь так? Она же подсунула мне Баттерса, интересный подарок, правда?
Под пальцами Картмана Лягушонок Клайд кивал и соглашался.
- Вот и воспользуемся им. Порепетируем. Я ведь правильно делаю?
Лягушонок снова кивнул.
- Вот и хорошо. Я тоже думаю, что я прав!

На следующий день он начал следить за Баттерсом. Тот пугался его и поспешно отворачивался. Страх – это признание большей силы и власти другого. Вот и хорошо. Раз боится, значит, повинуется. Картман дождался окончания уроков и заловил Баттерса на улице. Он оттащил его чуть в сторону и придавил к стене школы. Тот даже не сопротивлялся. В глубине души они оба знали, что так получится. Баттерс уже понял, что с ним всегда происходит худшее, и чем больше он боится, тем больше шансов, что это случится. А Картман знал, что с Баттерсом всегда можно делать, что хочешь, и никаких последствий.
Баттерс зажмурился, он нервно дрожал, когда Картман стал приподнимать его рубашку, он даже рефлекторно вытянул руки вверх, так, словно это было не насилием, а сменой рубашки мамой.
Картман задумался. Пожалуй, все-таки стоило дотащить его до кровати, конечно, это всего лишь Баттерс, человек, который и сам себя ни капельки не ценит, так зачем этим заниматься другим? Но все же лучше на чем-нибудь мягком. Картман прикинул - ближе всего был дом самого Баттерса. Какая ирония.
За весь путь Баттерс и слова не проронил, он послушно шел за Картманом, лишь слабые ноги иногда заплетались от волнения и страха. Картман тащил его с какой-то жестокой силой. И вот, кажется, сейчас бы закричать, вырваться, сказать, что ненавидит… Баттерс запнулся о камень и упал, разбив себе коленку. Картман не ослабил хватки и резко встряхнул его, поставив на ноги.
В дверях они столкнулись с миссис Стотч. Баттерс рванул было к ней, но она со словами, что очень торопится, быстро вылетела из дома. Всеобщее безразличие как всегда играло с ним злую шутку.
На диване в гостиной? Нет. Картман не захотел трахать его на первой попавшейся койке. Странно, но так. Он поволок бедного Баттерса в его комнату, на его постель.
Второй раз он не оплошает. Да, в общем-то, что тут делов-то? Рубашка уже снята, теперь футболка.
Баттерс лежал под ним и судорожно дышал, смотря огромными от ужаса глазами. Картману стало интересно, видел ли он вообще, что с ним делают. А он уже стягивал с него штаны. Теперь только трусы, и... Баттерс резко вскочил и схватил Картмана за руки.
- Парик и шапка! - воскликнул он.
- Что? - удивился Картман.
- Я могу их одеть.
Картман посмотрел туда, куда взглядом указал Баттерс. Там лежали зеленая шапка-ушанка и ярко-рыжий парик. На самом деле Картман, войдя, сразу заметил их, но почему-то теперь они не вызывали никаких эмоций.
- Мне одеть их?
Картман отрицательно мотнул головой и стал стаскивать трусы с Баттерса, который надеялся, что если он будет переодет, то сможет хоть как-то абстрагироваться, вроде и не с ним все происходит, а с кем-то другим.
Картман резко перевернул Баттерса животом вниз. Теперь-то уж дело совсем за малым.
Баттерс заплакал. Его пальцы судорожно сжимали простыню, сам он уже не дрожал, а только вздрагивал, так вздрагивают дети, когда давятся слезами, потому что и обидно, и показывать свою слабость не хочется.
Пожалуй, если бы Баттерс сопротивлялся и вырывался, это только возбудило бы Картмана, но сейчас внутри его все опустилось, и его замутило.
- Эй, ты как?
Баттерс никак не отреагировал, тогда Картман приподнял его за плечи и прижал к груди спиной.
- Тихо, успокойся. Все будет хорошо. Только успокойся.
Баттерс не успокаивался, он так же вздрагивал, давя беззвучные рыдания. Тогда Картман развернул его, поцеловал сначала в глаз, потом в щеку, в шею, в ключицу. Возбуждение снова возвращалось, но уже менее резким и агрессивным. Потом поцеловал в губы, взасос, проникая языком вовнутрь. Баттерс все еще шмыгал носом и нервно рефлекторно глотал слюну. Это было бы почти мерзко, если бы имело хоть какое-то значение. Баттерс сначала не отвечал на поцелуй, но игнорировать происходящее было невозможно. Он попытался вытолкнуть язык Картмана из своего рта, но не вышло, он лишь раззадорил его... Получилась странная борьба. Картман сгреб Баттерса в охапку, гладил его по спине. Баттерс сдавался. Картман уже не путал, кто перед ним, теперь он страстно желал только Баттерса. Всего. Страсть заразительна. Баттерс стал поддаваться чужому порыву. И, кажется, уже сам хотел, чтобы все произошло.
И испугался уже этого. Баттерс стал отчаянно вырываться, а это сложно, если человек, что держит тебя, в два раза тяжелее и сильнее. Но Картман разжал руки.
- Чего тебе? - его голос звучал приглушенно, и он прерывисто и возбужденно дышал.
- Отпусти меня, пожалуйста, - еле слышно пролепетал Баттерс.
- Ты, что совсем охренел?! С чего это я тебя отпускать буду?
- Пожалуйста... - сделал последнюю попытку Баттерс.
Он сидел, опустив голову и не смотря на Картмана.
- Ах, так! - задохнулся от злости Картман. - Ладно. Я уйду. Но ты - мой! Запомни это хорошенько!
Картман буквально вылетел из комнаты. Он никак не мог понять, что ему на этот раз помешало.


@темы: Картман/Баттерс;, Фафикшн;

Комментарии
2010-10-13 в 00:11 

Dwarf and proud.
9.
Баттерс чувствовал, что сходит с ума. Ему казалось, что все смотрят на него с презрением. Что его ненавидят. Он старался держаться в стороне от всего, к чему так тянулся раньше. Он стал запуганным и не общительным, предпочитая сидеть в каком-нибудь уголочке.
- Здорово!
Баттерс дернулся было, но это оказался Кенни. Он плюхнулся рядом и протянул сигарету.
- Угощаю.
- Я не курю, - отказался Баттерс.
- Зря, - Кенни запихнул ее себе в рот и закурил. - Ты пойдешь на соревнования по баскетболу? Болеть за наших?
- Что? А у нас скоро соревнования? - удивленно спросил Баттерс.
- Да, они сегодня после уроков. Ну так как, идешь?
Кенни небрежным жестом закинул за спину Баттерса руку, вроде просто жест, но мог бы сойти и за объятие.
- Нет, - тихо пробормотал Баттерс.
- Знаешь, ты какой-то странный стал. Расскажи мне, что у тебя случилось?
- Нет, ничего! Честное слово, у меня все в порядке! - активно запротестовал Баттерс. Ему было очень страшно, что единственный одноклассник, который не считал его убожеством, изменит свое мнение.

- Эрик, ну что ты тянешь? - Салли подошла к Картману.
Он очень внимательно смотрел на Кенни, который усиленно пытался вытряхнуть из Баттерса, почему он стал дерганым и истеричным. Баттерс молчал.
- Вали к черту.
- Не пожалей потом, - Салли развернулась и зашагала обратно.
- Я тебя убью, - пробормотал себе под нос Картман. - Ты будешь умирать так долго, что смерть станет казаться тебе счастьем.
Салли услышала. Судя по всему, наконец-то в ее жизни появилось развлечение. А еще, кажется, у отца где-то валялся пистолет. Хорошо быть несовершеннолетней – они не несут полной ответственности за убийство. И, кстати, у нее же есть еще и помощники! Ах! Как она могла забыть об этих маленьких мальчиках.

Картман смотрел на Баттерса. Не отрываясь.
- Он мой, - тихо пробормотал Картман, а потом, словно, распробовав это словосочетание на вкус, произнес уже чуть громче:
- Он мой.
Тут Баттерс поднял на него взор, и их взгляды встретились.
- Ты – мой, - одними губами произнес Картман. Баттерс резко отвернулся.

Какие-то четвероклашки написали в ФБР письмо и теперь ждали, прилетят ли те на самолетах и вертолетах или просто придут пешком.
В письме говорилось, что некто Эрик Теодор Картман - фашист и вообще полный урод, который построил в подземных недрах Саус Парка четвертый рейх и выращивает там роботов-убийц, настроенных на убийство президента из расистских соображений создателя.

Кенни стал умирать слишком часто. Он и раньше не всегда мог прожить нормально хотя бы день, но сейчас он умирал с такой частотой, что если бы тут же не воскресал, наверное, ни разу бы не дошел до школы. Теперь он просто материализовывался из воздуха. Баттерс старался всячески поддерживать друга, чувствуя, что только тому в этом мире еще хуже, чем ему.
Баттерс практически следовал по пятам за Кенни, чувствуя себя рядом с ним не таким уж и слабым и жалким. Если бедный и постоянно умирающий Кенни может радоваться и смеяться, то что мешает делать это Баттерсу?

А потом случилось несчастье. Кенни разглядывал витрину магазина, рассказывая Баттерсу, что бы он такого хотел купить, когда один из дальнобойщиков не справился с управлением. И Баттерс увидел, как на них несется огромный грузовик. Он не успел отскочить. Кенни размазало, Баттерса лишь отшвырнуло в сторону.

2010-10-13 в 00:12 

Dwarf and proud.
10.
Он очнулся в больнице. Баттерс осмотрелся и увидел Салли, она слегка покачивалась на стуле для гостей, и, заметив его, улыбнулась.
- Ты знаешь, у меня чутье на такие вещи! Я почему-то сразу поняла, что ты не очнешься в первый день. Так что я спокойненько пошла домой. А еще я знала, что ты и на второй день не очнешься. Чувствовала. Поэтому не позволила тащиться сюда Кенни! - она взмахнула руками. - Говорю ему, ну зачем тебе туда переться?! На полутруп любоваться, что ли? Еле отговорила.
Она посмотрела добрым-добрым взглядом на Баттерса.
- А сейчас, видишь, пришла, потому что почувствовала, что ты очнулся.
Она тепло улыбнулась. И Баттерс улыбнулся в ответ, хотя что-то в глубине его сознания кричало, что нужно перестать общаться с ней, что следует держаться от нее подальше, что надо...
- Как же ты меня раздражаешь, - тихо и как-то задумчиво произнесла она. - Меня тошнит от твоей улыбки. От твоей идиотской радости по поводу и без. Ты меня нервируешь. Я спать по ночам не могу от того, что ты жив и так по-идиотски улыбаешься всем подряд. Извини.
Она достала пистолет и направила на Баттерса. Рука не дрогнула. Но все-таки она была слабовата. Отдача была столь сильной, что Салли буквально отлетела и даже разодрала локоть при падении, но это было неважно, потому что сейчас на койке истошно орал Баттерс. Крови было так много, что Салли даже не понимала, куда попала пуля. Быстро схватив пистолет, Салли бросилась прочь.

Она испугалась. Наверное, впервые в своей убогой жизни она чувствовала. Это был настоящий животный страх. Даже круче, чем на русских горках! Салли бежала домой, но до самого порога чувства страха не хватило, разочарование вернулось слишком быстро, и она уже по привычке решила сделать пару кругов по ближайшему кварталу. Салли никогда не влипала ни в какие истории, к ней не приставали на улице, до нее не домогались всякие бандиты и тусовщики из проезжающих машин. Неприятности обходили ее, делая всю ее жизнь невыносимо скучной и однообразной. Хотя сейчас хотя бы пару дней ей будет щекотать нервы мысль о возможной погоне. О том, что, возможно, вся полиция города идет по ее следам.

Нервы щекотало не долго, уже через пару дней Баттерс очнулся снова и ничего никому не сказал. А полиция настаивать не стала, и дело закрыли. Снова тоска и разочарование.
Салли посмотрела на Картмана. В нем что-то изменилось. Что-то исчезло, а что-то появилось. Одним из того, что появилось, было ярко выраженное презрение к Салли. Он замечал ее в любой толпе и будто тоже следил за ней. Это было неприятно. Но подходить первой не особо хотелось, да и затевать разговор было в общем-то не о чем.
С Кенни она еще иногда встречалась, но было в этом что-то мерзкое. Нет-нет, он ей нравился, и даже то, что он такой бедный и вечно умирающий, делало его в ее глазах только симпатичнее. В конце концов, все живут нормально, у всех есть карманные деньги. А у него нет, и его жизнь необычна. Но то, что твой любовник дохнет прямо на тебе из-за случайной пули, влетевшей в окно, забрызгивая все вокруг своими мозгами, смотрится забавным только первые пару раз. Да и было кое-что еще. Он никогда не смотрел на Салли прямо. Словно она прозрачная, словно ее нет. Это вряд ли было пренебрежением или неуважением, но складывалось ощущение, что Кенни видит ее насквозь, однако все равно остается рядом, будто выжидая чего-то. Ее ошибку?
Так разве выстрел в Баттерса не был ошибкой? Спонтанной спланированной ошибкой.

Картман вошел в палату и сел возле больничной койки. Баттерс попытался сесть.
- Лучше не шевелись.
Но Баттерс все-таки сел и сейчас исподлобья хмуро поглядывал на Картмана. Теперь он не боялся. То время, что он провел между смертью и жизнью, его немного изменило. Вернуло к первоначальной точке, до того, как его чуть не изнасиловали, до того, как его чуть не убили, до того, как его все предали.
Оба молчали. Обоим было, что сказать. Но только Картман не умел искренне извиняться, а Баттерс не умел искренне ненавидеть.
- Что с Салли? - как можно небрежней бросил Баттерс.
- Пока ничего. Ходит за ручку и трахается с Кенни, - как можно безразличней ответил Картман.
- Это прекрасно, - Баттерс немного успокоился. - Она хорошая.
Баттерсу было тяжело держать спину ровно и голову на весу, поэтому он уткнулся лицом в согнутые колени, обретя таким образом точку опоры. Со стороны это выглядело так, словно ему было плохо.
- Ты в порядке? - Картман слегка потряс его за плечо. - Мне кого-нибудь вызвать?
- Не надо.
- Послушай, ты - мой! И у тебя нет права здесь сдохнуть. Да у тебя нигде нет права помирать, понятно?! - закричал Картман.
- Нет. Я свой. Свой собственный, и у тебя нет никаких прав так со мной говорить, - Баттерс поднял голову и посмотрел прямо в глаза Картману. - Запомни - нет.
- Ах, так! - Картман шипел от злобы, - Я сделаю так, что ты сам приползешь ко мне. И еще умолять будешь, чтобы я тебя трахнул!
Баттерс выпрямился, ему было больно, но это сейчас не волновало - он соберется с духом, он перестанет быть размазней.
- Убирайся. Иди к Кайлу, - тихо, но требовательно сказал он. Потом помолчал и продолжил:
- Меня пытался убить человек, которого я уважал. Где мои друзья, которые пришли в больницу проведать меня? Их нет. Родственники? Родители никогда меня не поддерживали, все их воспитание заключалось в одних сплошных и бесполезных наказаниях! Ты уверен, что тебе есть чем мне угрожать? Есть, через что манипулировать мной?
Баттерс резким движением развел руками.
- Попробуй. У меня ничего нет! - Баттерс еще пару раз махнул рукой.
Переживания в сочетании с порывистыми движениями привели к тому, что ему стало хуже. Перед глазами поплыло. Он аккуратно улегся и в тот же миг отключился.

Баттерс начал бредить. Он метался по постели, бесшумно шевеля губами. Сначала Картман хотел позвать медсестру, но потом передумал. Что сделают врач или сестра - наколют его чем-нибудь, успокоят? Смысл пытаться звать врача, если Баттерс все равно не сдохнет, а зачем пытаться помочь человеку, если это тебе не выгодно и пользы никакой не принесет? Картман подпер дверь стулом, так, чтобы ее никто открыл. И подошел к больному. Баттерс весь горел, но уже ничего не вызывало сочувствия. Наоборот, такой Баттерс не оттолкнет, не сбежит, не заплачет.
Больничная одежда не такая уж и сложная. Ее легко снять.
Картман сидел сверху и упивался своей властью. Он водил руками по горячему трепещущему телу, и знал, что теперь-то точно все получится. Поцеловать? Почему-то очень хочется, но это совсем не нужно. Не стоит делать того, чего некому оценить, и если это не приносит тебе удовольствия.
Картман задрал ему ноги, Баттерс был легким и податливым. Картман дотянулся до прикроватной тумбочки, среди таблеток и микстур валялся какой-то тюбик. Сойдет. Он быстро выдавил крем, боясь, что если не сделает сразу, то все вновь провалится. Картман подождал окончательного возбуждения и вошел в Баттерса. Тот дернулся, попытался вывернуться и даже распахнул глаза, так, что на секунду Картман испугался, что тот очнулся, но нет, Баттерс нервно глотал воздух, пытался вырваться, но ничего не осознавал. Он всхлипнул пару раз... Картман входил и выходил, резко, жестко. Жертва под ним вздрагивала и по-прежнему пыталась вырваться, но уже слабее. Баттерс иногда вскрикивал и постанывал, так жарко и трогательно одновременно, что это не давало желанию угаснуть. Уже кончая Картман наклонился к Баттерсу, и тот, вскинув руки, вцепился ему в плечи, прижался всем телом и поцеловал. Нет, он так и не пришел в себя, просто, возможно, его бредящий разум заменил одного человека на другого. Это задело, это обидело, Картман вытянул руку, положил на шею Баттерсу и стал сжимать. Тот мутными глазами смотрел на него, и только слабые пальцы пытались что-нибудь предпринять.
Картман быстро отстранился, застегнулся и вышел из палаты. Его не заботило, в каком виде санитары найдут Баттерса. Только теперь тот точно принадлежит ему, Картману.

2010-10-13 в 00:12 

Dwarf and proud.
11.
На самом деле в школе ничего не изменилось. Что Баттерс? Пустое место. Его отсутствие никого особо и не заботило. Но все-таки... Все-таки как-то особенно тошно было сталкиваться в столовке с Салли. Может, и впрямь ее убить? В конце концов, она тоже ничего не стоит.

Картман смотрел на пустую парту Баттерса, и словно что-то странное скреблось на душе. Что-то отдаленно напоминавшее чувство вины. Это чувство копилось, и по капле становилось из маленького все больше и больше.

Баттерс вернулся в школу через полтора месяца. Бледным и уставшим. Он не обратил никакого внимания на Картмана, да и на остальных ребят тоже не слишком засматривался, просто прошел к своей парте и стал доставать учебники. В нем больше не было страха.
За это время его никто не навещал, и Картману было интересно, знал ли Баттерс о том, что произошло, или так и остался в неведении.
Пока Баттерса не было, Картман не беспокоился и не переживал, он просто ожидал его возвращения. Не предполагая, не представляя, как именно все произойдет, просто ставил, царапая ручкой, плюсик на парте за каждый день отсутствия Баттерса в школе. Странно, но когда он понял, что делает, чертить плюсики не перестал. А еще с каждым днем он все четче понимал, что каждый крестик – гвоздь в могилу Салли.

На перемене кто-то вышел, кто-то продолжал находиться в классе. Баттерс остался. Картман тоже.
Картман подошел к Баттерсу и остановился.
- Что тебе? - небрежно бросил сидевший.
- Ты дуешься на меня за то, что я больше тебя не навещал? – ухмыляясь, спросил Картман.
Баттерс промолчал.
- Не волнуйся, мы все наверстаем, - Картман запустил ладонь в мягкие светлые волосы и, не найдя сопротивления, поцеловал Баттерса в макушку. Потом спустил руку к подбородку и мягким, но очень сильным движением развернул его голову. Сначала он поцеловал в висок, потом ниже, в щеку, затем в шею, и поднялся к губам. Баттерс сидел, сжавшись, стиснув кулаки, и всем своим видом демонстрировал, что ему противно. Просто Картмана очень сложно оттолкнуть и с ним физически трудно справиться, но если поймать момент...
Баттерс быстро схватил со стола ручку и ткнул ею Картмана в плечо, тот ослабил хватку, и Баттерс вырвался.
- Никогда не смей меня трогать.
Определенно, Баттерс все помнил. Или догадывался.

Картман, крича и плача, убежал из класса. Ему казалось, что он умирает от потери крови, и ужас смерти гнал вперед по коридорам, пока его не поймала школьная медсестра. Пока Картману перевязывали руку, пока он причитал, хлюпая носом, в голове вертелась жуткая мысль, что теперь-то Баттерс ему отомстит. Но когда его утешила медсестра, сказав, что все хорошо, и дала в качестве награды за терпение и мужественное поведение конфету, Картман вдруг осознал, что все не так уж и страшно, что все просто стало немного сложнее, чем хотелось бы. Но ведь так только интереснее. Интересно, где Салли?

Салли уехала. Салли стало скучно, Салли стало тошно. Салли боялась.
Пистолет отцу она не вернула - выбросила в озеро. Но себе купила новый. С пистолетом бояться безопасней. А еще надо научиться стрелять.

Какие-то четвероклашки вчетвером отправились в горы, потому что ходили слухи, что там зарыт клад.
- Отстой! Я за эту карту десять баксов заплатил. Если она окажется подделкой – урою продавца! – сказал толстый мальчик.
- Ты, не спросив нас, отдал наши десять баксов! Так что, если она подделка, мы сами тебя уроем! – пригрозил другой мальчик, который очень походил на индейца.
- Он прав, там, в горах и зароем! – согласился мальчик в шапке с помпоном.
Последний что-то невнятно промычал.
- Да, я тоже над этим задумывался. Почему ФБР так и не пришли? – проговорил мальчик в шапке с помпоном.
- Та телка сказала - если не сработает первое письмо, послать второе. Думаю, когда вернемся, надо сделать это, - произнес толстый мальчик.
- Но ведь мы уже будем богаты!
- Ты идиот! Ты идиот, как все индейцы! Когда пять баксов даже на четверых были лишними?! – воскликнул толстый мальчик, и они продолжили свой путь.

Кенни перестал умирать, потому что во всем, оказалось, было виновато аномально грозовое облако, которое теперь переместилось за запад. Это выяснилось из прогноза погоды. Там так и сказали:
- А Кенни теперь будет умирать реже.
Это интервью со смертью, которая временно работала на местной метеостанции, показывали рано утром, и видели его не все, но главное, что его посмотрел Кенни.
Он радостно подскочил, решив, что раз жизнь дает ему поблажки, этим надо пользоваться. И вообще, если этот мир принадлежит только хищникам, то он и сам станет одним из них. Чем он хуже Салли? Сейчас он знает и ее приемы, и ход мыслей.

Столкнуться с Картманом в пустом туалете - это неожиданность. Не самая приятная неожиданность. Отвратительная. Особенно для Баттерса, особенно сейчас.
Баттерс неосознанно сделал пару шагов назад, но заставил себя остановиться. Теперь он так просто не сдастся, теперь он будет бороться.
- Ты меня боишься? - Картман деланно удивился. – Да брось, Лео, мы же друзья.
Он протянул руку к лицу Баттерса, но тот отпрянул и заговорил:
- Знаешь, а ведь еще совсем недавно я восхищался тобой. Поражался тому, как ты легко находишь отмазки, как ведешь за собой людей, как отстаиваешь свою точку зрения. Да что там говорить, ты был для меня героем. Но каждый раз ты делал мне хуже и хуже. Каждый раз ты разрушал мою веру в тебя. Я ненавижу тебя. Салли права, я - наивный идиот, но я исправлюсь. Я стану таким, как вы все.
Голос Баттерса сорвался. Стотча трясло, и на глаза наворачивались слезы.
- И я отомщу... - закончил он.
Картман подошел вплотную к Баттерсу, тот снова заставил себя не пятиться.

Картман на секунду почувствовал себя дураком: Баттерс сам подсказывал ему, как надо действовать. Он отступил, потупил глаза, нечетко пробормотал какое-то извинение и быстро ушел, так и оставив стоять ошеломленного Баттерса. В этот момент действовать силой было бы глупо. Это нужно было делать сразу, не сюсюкаясь. Теперь же такая тактика не сработает. И как бы Баттерс не выпендривался и не орал, что теперь он стал совсем другим, это все ложь.
Сейчас надо просто разыграть великую любовь, сделать так, чтобы Баттерс поверил, что это не Картман сволочь и насильник, а он, Баттерс, последняя скотина, заставляющая несчастного мучиться от неразделенной любви.
Так проще. Так даже забавнее, потому что, если все удастся, Баттерс сам придет к нему и будет просить взять себя.
Картман шел, ехидно ухмыляясь, когда столкнулся в коридоре нос к носу с Кайлом.
- О, кого я вижу, наш дорогой еврей.
Кайл скривил губы и хотел было съехидничать чего-нибудь в ответ, но Картман продолжил:
- Знаешь, а ведь ты мне раньше очень нравился. Но, слава Богу, я одумался. Не просто одумался, теперь я, кажется, влюбился по настоящему, - Картман изобразил на лице романтическую задумчивость.
Кайл ждал, чего еще выдаст Картман, и думал о том, какая ему от этого выгода.
- И кто же этот нечастный, не Баттерс случаем? - саркастически заметил Кайл.
- Да, именно он. И, знаешь, я счастлив.
Кайл и Картман разошлись в разные стороны. Теперь, слух пущен, Кайл обязательно поделится новостью со Стэном, тот с Венди, а Венди... Венди - девочка, и этим все сказано. Теперь Баттерс обязательно все узнает.

2010-10-13 в 00:13 

Dwarf and proud.
12.
И Баттерсу сообщили. Одноклассницы, под большим секретом, хихикая и шепча на ушко. И, как и предполагал Картман, тот испугался и стал думать, что, может, это не Картман во всем виноват, а чувства, им двигавшие. А возможно, он, Баттерс, сам все спровоцировал... Как жаль, что рядом нет Салли, она бы объяснила...
В комнату постучали.
- Не верь слухам, - с порога заявил Кенни.
- Я и не верю, - соврал Баттерс.
- Веришь. Это же ты, а ты всегда веришь всяким уродам. У тебя склад характера такой, - Кенни отодвинул от письменного стола стул и сел. - Расскажи мне, что тебя беспокоит.
- Ничего. Меня ничего не беспокоит. Все хорошо.
Кенни вытянул ноги, и смотрел в пол с совершенно отрешенным выражением лица. Как будто время остановилось.
Через некоторое время Баттерс испугался и решил подойти ближе.
- Кенни, - он положил руку тому на плечо.
Кенни поднял взгляд на Баттерса. В глазах было что-то нехорошее, словно он думал о чем-то таком, что может иметь страшные последствия.
Кенни взял руку Баттерса и поднес к губам.
- Скажи, как далеко вы зашли с Картманом, - он лизнул его пальцы.
Дрожь пробежала по телу Баттерса от пяток до корней волос.
- Ты что делаешь? - воскликнул он.
- Спрашиваю тебя. Ну, так как, что он с тобой делал? - Кенни крепко держал ладонь. Он пробежался пальцами второй руки от груди Баттерса до паховой области.
- Прекрати! – заорал Баттерс.
Он вырывался, но от его усилий только сильнее болела раненая Салли рука.

Жаль, что нельзя прекратить чувствовать, нельзя стать железным, искусственным и пустым. Если бы у Баттерса была возможность, он бы хотел ничего не ощущать, особенно этих пальцев на своем теле, этого дыхания. И, главное, той мерзости и отвращения к себе, за то, что слаб и не способен дать сдачи.
В какой-то момент Баттерс опять сдался. Он вновь сжался и заплакал.
- Чего ты ревешь? – нежно спросил Кенни, к этому моменту перетащивший его на кровать и придавливающий его к ней. – Ты же подчиняешься только силе. Если бы ты был другим, я бы с тобой поступал по-другому.
Второй раз родной дом, своя собственная комната предавали Баттерса. Он снова плакал, пока холодные пальцы скользили по его не до конца зажившей ране.
- Кто это тебя так? – шептал Кенни, целуя его в шею. – Салли, да?
Баттерс отвернулся. Он смотрел на дверь в надежде, что свершится чудо. Конечно, он не верил, что сейчас явится добрая фея и вытащит его из-под Кенни, но не мог перестать надеяться…

Дверь отворилась. Баттерс чувствовал только, как с него стряхнули Кенни. За слезами он ничего не видел, а когда его освободили, свернулся калачиком и заткнул себе уши, чтобы ничего не слышать. Он все-таки ничего не смог, и это давило. Убивало. Он оказался слишком жалок.
Ему на голову опустилось что-то теплое. Чьи-то пальцы накрыли его плачущие глаза, и Баттерсу стало чуточку, но легче. Он вцепился в руку и пару раз всхлипнул, а потом провалился в сон.
Картман сидел на кровати Баттерса и пытался понять, почему его так выбивают из колеи слезы этого парня. Почему он считал дни, когда он вернется. И почему он так хочет, чтобы Салли присоединилась к покойнику Кенни.

Дверь разлетелась в щепки, и в комнату ворвались вооруженные люди. Баттерс резко вскочил и увидел Эрика, сидящего рядом, он отшатнулся, но тот смотрел на людей в форме.
- Эрик Теодор Картман, вы обвиняетесь в покушении на президента. Вы обязаны пройти с нами.
-Что за хрень! – взвизгнул Картман. – Никуда я с вами не пойду! Поцелуйте мою жопу!
Но около десятка автоматов одновременно уставили на него дула. И это послужило веским аргументом.

2010-10-13 в 00:13 

Dwarf and proud.
13.
Баттерса тоже забрали. Просто так, за компанию. Их запихнули в одну камеру и приказали ждать прибытия более высокопоставленных лиц. Местная тюрьма была не особо забита провинившимися, и потому Картману и Баттерсу выдали отдельную камеру. Картман орал и требовал адвоката. Взывал к справедливости и приказывал отпустить его.
А еще им дали оранжевую одежду.
- Она скоро станет вашей постоянной формой, так что советую начинать привыкать, - сказал один из охранников.
Баттерс молча взял одежду и поплелся к койке. Ему не было страшно. Он чувствовал себя обреченным. Баттерс улегся на нижней полке их двухъярусной кровати и повернулся лицом к стене.
- Выпустите нас, козлы! Вы не имеете права нас тут держать! Уроды! Я вас скормлю вместо консервов вашим собачкам и соседям! – не унимался Картман.
Он орал до вечера, пока ему не сказали, что именно с ним сделают, если он не успокоится.
А потом везде выключили свет. Баттерс вздрогнул и замер. Наверное, все-таки стоило попробовать залезть на верхнюю полку. Хотя.… А что бы это изменило?
Ничего.
Он заставил себя не дрожать, когда рядом с ним кровать прогнулась под чужим телом. Заставил не убегать, когда Картман вытянулся рядом и укрыл их обоих одеялом. Заставил себя терпеть, когда тяжелая рука обняла его и притянула к себе.
- Я нас вытащу. Можешь не сомневаться, - услышал шепот Баттерс и все-таки задрожал. – Не бойся. Это будет не первый мой побег из тюрьмы, так что верь мне.
Он прижимал к себе Баттерса и гладил его по волосам. Мягким и теплым – если зарыться в них пальцами. И, кажется, начинал верить в слух, что сам пустил по школе. Баттерс все еще время от времени нервно вздрагивал, но все-таки постепенно успокаивался.
- Ты мне нравишься, - услышал сквозь дрему Баттерс.

Четверо четвероклашек сидели во дворе школы. Они нашли клад, но он оказался фальшивкой. Это было длинное, захватывающее путешествие, которое закончилось кучей ненужных блестяшек в карманах.
- Я ненавижу тебя, жирный!
- Я тебя тоже, индеец!
- Успокойтесь. От того, что вы друг друга обзываете, деньги к нам не вернутся, - произнес мальчик в шапке с помпоном.
Четвертый что-то пробормотал в капюшон.
- Он прав! Это жирный во всем виноват!
- Не ссорьтесь, дети, - примирительно сказала Салли. – Я заплачу вам двадцать баксов, а вы исполните два оставшихся задания.
- И что это за задания? – спросил мальчик в шапке с помпоном.
- Так, небольшое дельце. Вы читали в детстве сказку про Красную Шапочку? - милым голосочком щебетала Салли. – Там Красная Шапочка должна была отнести бабушке пирожки …
- Конечно, читали! – перебил толстый мальчик. – Давай ближе к делу.
- Как скажете.
Салли достала две корзины с пирогами.
- Вы можете взять по одному из этой, - она указала пальцем на ту, что побольше. – Но ни в коем случае, если, конечно, хотите жить, не берите отсюда. Понятно?
Ребята кивнули.
- А теперь слушайте, кому и что вы должны передать.

Сон Баттерса был тревожен и недолог. Стотч часто просыпался, а проснувшись хотел сбежать куда-нибудь подальше. Но решетки вряд ли позволили бы ему такую роскошь. После очередного резкого пробуждения Баттерс выполз из-под руки Картмана, взобрался на верхнюю полку и устроился там.
Когда в тюрьме объявили подъем, он уже около часа бодрствовал. И лежа на верхнее полке и смотря в потолок, Баттерс усиленно размышлял над тем, почему все произошло именно так. Почему он сейчас находится в тюрьме, хотя ничего не делал, и почему такое происходит с ним не впервые… Видимо, он просто редкостный неудачник. Он вспоминал Салли. Ее руки с сигаретой, ее стройные ножки, улыбчивое лицо. Она ведь помогала ему, правда?
Картман очень внимательно следил, как Баттерс спускался с верхней полки. Баттерс предпочел просто не смотреть на сокамерника, почему-то ему было стыдно за то, что он сбежал наверх.
- Я сообщил тебе, что ты – мой?
Баттерс предпочел не отвечать.
- Сообщил, а значит, ты не должен уползать на другие полки, - Картман говорил, словно приказывал. – Уважай мою власть. Иначе хуже будет.
Баттерс исподлобья посмотрел на своего мучителя, но опять ничего не сказал.
- Ладно, не будет хуже, - поправился Картман. – Но больше не убегай.

- Ребята, а вам везет! – к их камере подлетел счастливый, жующий что-то охранник. – Вам гостинцы передали. Эх, и вкусно же миссис Картман пирожки готовит! Как раз к завтраку.
Он всучил Эрику маленькую корзинку и убежал к остальным. Картман повертел в руках пирожок и протянул Баттерсу.
- Ешь.
Баттерс отрицательно покачал головой. Картмана это задело - во-первых, он поступился своими желаниями и предложил Баттерсу еду, а не сожрал ее сам, как и стоило бы поступить. А этот урод еще и выпендривается! А ведь все в городе знают, что его мать безумно вкусно готовит.
- Я сказал - ешь, значит, ешь! – закричал Картман.
- Но я не хочу, - вяло запротестовал Баттерс.
- Ешь, моя мама очень вкусно готовит, - спокойнее проговорил Картман.
- Спасибо, - Баттерс аккуратно взял угощение и откусил.
Было что-то трогательное в его действиях. Картман сел и молча наблюдал за тем, как ест Баттерс. Для него было странно собственное желание скормить все Баттерсу, даже свое, лишь бы смотреть, как он вот так по-домашнему тихо ест, не дрожит, не улыбится, не сбегает.
А потом Баттерс упал. Как в сказке - Белоснежка отравилась яблоком. Это было так глупо, что первой реакцией Картмана было засмеяться, так по-идиотски все выглядело. На самом деле он даже засмеялся, но Баттерс начал хрипеть, откашливаться и биться в судорогах. Картман бросился к нему. Он тряс Баттерса за плечи, звал, но тот потерял сознание. Картман стал звать врачей.
- Ушиб головы, - констатировал тюремный доктор. – Сильный ушиб. Его надо в больницу.
Он взял недоеденный Баттерсом пирожок и принялся есть.
- Вкусно, - и врач сам упал на пол и выгнулся в конвульсиях.
Служители тюрьмы уволокли обоих из камеры.

Странно, но теперь было похоже, что Картман все сделал специально. Что он целенаправленно отравил Баттерса. Пирожками его матери, которые он не съел, а подсунул Баттерсу, даже не попробовав.
И только теперь, после того, как Баттерс чуть не умер у него на руках, после того, как до него дошло, что в один момент Баттерс может просто исчезнуть, Картман понял одну ужасную вещь - он привязался к Баттерсу. Вот этому размазне и убожеству. К этому жалкому, всеми используемому придурку!

Нет, хуже, он не просто привязался, а сердце сжималось от мысли, что, возможно, Баттерс уже умер. Что он холодный и мертвый лежит на столе в тюремном морге. Картман нервно сглотнул. Ему казалось, что если сейчас ему скажут, что Баттерса больше нет, то, конечно, он сможет жить дальше, но в его жизни не будет ничего хорошего. Мир не изменится, но в нем не будет души…. Картман присел на пол, осознавая простую и ужасную мысль – он влюбился. Это было ужасно. Это было обидно до слез… но это было!

Сбежал Картман просто. Он изобразил рукой Дженнифер Лопес, случайно оказавшуюся в тюрьме, вот его и выпустили. Теперь осталось только добраться до Баттерса. И убить Салли.

Баттерс лежал в той же больнице, на той же койке, что и в прошлый раз. Он тупо пялился в потолок, считая трещины. Пока что насчитал семьсот тридцать четыре, но, возможно, он где-то сбивался и что-то считал повторно.
Ему промыли желудок и сказали, что в ближайшее время из еды его ждет только минеральная вода.

В палату влетел Картман. Баттерс не сразу сообразил, кто перед ним, а когда понял, вскочил со своей койки и попятился к окну.
- Не подходи! - бормотал он.
- Послушай, успокойся, - Картман быстро подошел к нему и схватил за руку.
Баттерс поскользнулся и упал на пол. Картман рухнул за ним и оказался стоящим на одном колене прямо над Баттерсом.
- Прости меня! Прости! Я знаю, что сделал много мерзкого, но, пожалуйста, - Картман смотрел на Баттерса, а тот на него. - Я действительно люблю тебя. Я только недавно это понял. Прости меня!
Баттерс приподнялся и провел рукой по лицу Эрика. Тот вздрогнул от неожиданности и во все глаза посмотрел на Баттерса.
- Давай будем вместе, - прошептал Картман.
Баттерс печально улыбнулся, а потом засмеялся. Он упал спиной на пол, закрыл ладонями глаза и то ли продолжал смеяться, то ли уже плакал. Картман слез с него и сел рядом. Он гладил Баттерса по голове и говорил ласковые слова и все время извинялся. Баттерс судорожно всхлипывал, искоса поглядывал на Картмана, но уже не убегал.

2010-10-13 в 00:14 

Dwarf and proud.
Эпилог.
Салли нашли с перерезанными венами в ванне в собственном доме. На ее лице застыла совершенно глупая улыбка, но, когда врачи вынули девушку из ванной и отнесли в другую комнату, под другое освещение, улыбка превратилась в оскал. Ее глаза были открыты и совершенно безумны.
Сама ли она покончила с собой, или кто-то, из тех, кому отравляла жизнь, «помог», но врачебная экспертиза заключила, что девушка умерла от СПИДа, полностью проигнорировав вскрытые вены. Возможно, ее сгубила ее же ненависть ко всему живому. Но когда ее похоронили, слишком многие пришли плюнуть на могилу.

Кенни сидел на скамейке в школьном дворе. Он прогуливал, но уходить куда-то далеко было лень. Он отлично видел нескольких своих одноклассниц, прячущихся за углом. Они тоже прогуливали. А еще у них явно наличествовала с собой какая-то выпивка, потому что с такими заговорщическими выражениями лиц минералку не пьют. Среди девчонок была Бебе, и Кенни бесстыдно рассматривал приятных размеров грудь, которую не сильно прятала обтягивающая кофточка. Пару раз девушка ловила его взгляд и, хихикая, отворачивалась. А потом девчонки дружной компанией, видимо, решив продолжить в другом месте, вышли из своего уголка и направились прочь от школы. Осталась только Бебе, она не очень ровной походкой подошла к Кенни и села рядом.
- Привет, красавица, - обворожительно улыбнулся Кенни.
Бебе в ответ попыталась кокетливо улыбнуться, но ей это не удалось, и она совершенно глупо захихикала, прикрывая рот ладонью.
- Я слышала, вы с Салли расстались, - начала она.
- Конечно, - хмыкнул Кенни. - Она же умерла.
- Правда? – удивилась Бебе, и на ее глазах появились нетрезвые слезы. – Это так ужасно! Ты, наверное, страдаешь сейчас!
- Да, - насмешливо согласился Кенни. – Мне сейчас очень не хватает поддержки и женской ласки.
- Ах, бедненький! Хочешь, я тебя буду поддерживать?
- Лучше приласкай, детка, - сказал Кенни, заглядывая в вырез кофты Бебе.
- Конечно, утешу, - девушка коснулась его колена. – Как же я тебя одного с таким горем брошу?

Четверо четвероклашек собирались в дорогу, так как брата одного из них похитила китайская мафия, решив, что именно в этом ребенке нашел свое новое рождение один великий буддистский монах, который безошибочно угадывал, на что надо ставить в казино. И теперь четверо отважных героев собирались лететь на другой континент, только бы вернуть ребенка в лоно семьи. А еще потому что один где-то прочел, что в Китае можно купить по дешевке всякого поддельного барахла, выдать за антиквариат и получить кучу денег. Другой слышал, что там дешевые проститутки. А третий хотел посмотреть архитектуру и достопримечательности. И только мальчик, который очень походил на индейца, ехал за братом.

С Картмана все-таки сняли обвинение в покушение на президента, так как тот смог доказать, что все зло мира исходит от объединенного альянса евреев и арабов. Именно они оклеветали его, чтобы все спецслужбы следили за ним, в то время как настоящие злодеи делают свое черное дело. Картману поверили и отпустили. И теперь спецслужбы принялись усиленно разыскивать по всей Америке моголов.

Баттерс сидел рядом с Картманом, а тот что-то усиленно пытался доказать Кайлу.
- Нет, педики – это вся твоя нация! А мы просто встречаемся, - заявил Картман.
- Вот и педики! Называй вещи своими именами! – возразил Кайл.
- Будешь такое говорить, сделаю так, что «педики» будет официальное звание евреев во всем Саус Парке и даже во всей Америке! – разозлился Картман.
- Не будет!
- А вот и будет!
Они снова ругались, но на этот раз Баттерс, как и прежде, предпочел тихо смотреть в окно.
- Баттерс, - Картман ткнул его в плечо. – Скажи, что мы не педики!
- Тебе нужно, ты и говори.
- Вот видишь, Кайл, мы не педики, - сказал Картман и при всех поцеловал Баттерса.
Тот смутился и улыбнулся.

Картман держал Баттерса за руку так, словно больше никогда в жизни больше не отпустит, словно даже если они будут врозь, между ними останется связь. А еще он гладил его ладонью другой руки по голове, зарывался в волосы и целовал в макушку.
- С тобой больше никогда не произойдет ничего плохого. Я не позволю, - пробормотал Картман, сбивая дыханием неровные пряди.
- Я тебе не верю.
- Не верь. Главное, что ты теперь со мной, а это значит, что у меня есть шанс доказать тебе, что ты ошибаешься.
Баттерс улыбнулся. Он - из тех людей, что каждый раз верят. Ошибаются и снова верят. Ошибаются и снова верят. Вот и сейчас он думал, что, может быть, действительно все, что произошло, было какой-то ошибкой, и он просто все не так понял.
Баттерс закрыл глаза и прижался к Эрику. Пусть все будет, как будет…

   

Картман и Баттерс - любовь навеки

главная